Кампания против Джанни Инфантино отошла от реальности и фактов. Предложенная им структура инвестиций была введена без достаточных консультаций. Футбольное сообщество выразило протест, и Инфантино отозвал ее. Это решение заслуживает тщательного анализа, но оно не оправдывает уничтожение десятилетней истории достижений или утверждение, что его целью было личное обогащение.
На самом деле все обстоит почти наоборот. Инфантино бросил вызов глобальной футбольной экономике, в которой власть, деньги и возможности по-прежнему сосредоточены в руках небольшого числа богатых институтов. Европа генерирует около 70 процентов мировой экономической активности футбола. Ее успех следует приветствовать, но он не должен становиться стеной, защищающей от остального мира.
У ФИФА другая ответственность. Она представляет 211 ассоциаций-членов, большинство из которых никогда не будут обладать телевизионными рынками, спонсорскими доходами или коммерческой властью, доступными крупнейшим европейским лигам и клубам. Для многих из них финансирование ФИФА — это не бонус. Именно эти средства идут на содержание футбольных полей, тренировочных центров, тренеров, женских соревнований, молодежных академий и национальных команд.
С тех пор как Инфантино стал президентом в 2016 году, ФИФА инвестировала 5,1 миллиарда долларов в развитие футбола по всему миру. В рамках первых двух циклов программы FIFA Forward было выделено около 2,8 миллиарда долларов на более чем 1600 проектов. В текущем цикле каждая ассоциация-член может получить доступ к сумме до 8 миллионов долларов, при этом дополнительная помощь предоставляется тем, кто сталкивается с наибольшими финансовыми и географическими трудностями.
Эти цифры лучше объясняют философию Инфантино, чем любой враждебный заголовок. ФИФА зарабатывает деньги на чемпионате мира, потому что чемпионат мира должен финансировать футбол там, где коммерческие рынки этого не делают.
Расширение мужского чемпионата мира с 32 до 48 команд подверглось критике со стороны многих тех же голосов, которые сейчас обвиняют Инфантино в жадности. Тем не менее, на практике это привело к увеличению гарантированных мест для Африки с пяти до девяти и для Азии с четырех с половиной до восьми. Для миллионов детей их национальная сборная больше не начинает каждую отборочную кампанию с почти навернякаго исключения из мировой арены.
Инфантино применил тот же принцип к женскому футболу. Чемпионат мира по футболу среди женщин в 2023 году расширился до 32 команд, привлек почти два миллиона зрителей, принес 570 миллионов долларов и вышел на безубыточность. Команды из всех шести конфедераций выиграли матчи. Расширение не ослабило конкуренцию. Оно выявило таланты, которые старая структура держала за бортом.
Здесь явно прослеживается двойной стандарт. Когда самые богатые европейские соревнования добавляют матчи, увеличивают доходы и распределяют миллиарды в основном внутри своей собственной экосистемы, это описывается как рост. Когда ФИФА расширяет турниры и направляет доходы развивающимся футбольным странам, это изображается как построение империи.
Отмененное инвестиционное предложение было призвано привлечь еще миллиарды для глобального развития. Процесс его реализации был несовершенным, и Инфантино был прав, прислушавшись и отклонив его. Прислушиваясь, нельзя сказать, что есть слабость, и одно неудачное предложение не отменяет его цели. Лидерство также подразумевает изменение курса, когда футбольное сообщество отвергает выбранный путь.
Инфантино должен опубликовать цифры, усилить консультации и показать, куда именно направляется каждый доллар, выделенный на развитие. Но его критики должны ответить на не менее важный вопрос: хотят ли они лучшего управления или хотят восстановить систему, в которой самые богатые регионы определяют будущее футбола, в то время как все остальные ждут?
Джанни Инфантино заслуживает пристального внимания, как и любой влиятельный лидер. Он не заслуживает карикатуры, которая искажает смысл его работы.
Футбол принадлежит всему миру: 211 стран, одна игра и возможность для каждого ребенка.
